Наша группа ВКОНТАКТЕ - Наш твиттер Follow antikoved on Twitter

136

 

§ 3. Третья четверть года (праздники Диониса и др.)

Седьмой месяц Gamhliwn обязан своим названием празднику Gamhlia, вероятно тождественному с праздником Qeogamia, установленным в память бракосочетания (ieroV gamoV) Зевса с Герою; весь этот месяц был посвящен Гере как покровительнице брака. У других ионийцев, а в древнейшие времена и в самой Аттике, этот месяц назывался Lhnaiwn от большого Дионисовского празднества Lhnaia или Dionusia ta epi Lhnaiw. Этот праздник совершался в Аттике, по мнению А. Моммзена (Feste, стр. 375) в течение нескольких дней с 12-го числа. Местом праздника было древнее святилище Диониса, называемое Л-qvcuov. Совершался он сходно с сельскими Дионисиями, только пышнее и торжественнее; важную роль играло исполнение дифирамбов в честь божества киклическими хорами, называвшимися так потому, что во время исполнения дифирамба они двигались мерным, ритмическим шагом вокруг алтаря. Но еще важнее были театральные представления, о которых будет сказано ниже (разд. VI). Как этим, так и следующим праздником Диониса заведовал архонт-царь.

Название восьмого месяца Anqesthriwn произошло от третьего большого Дионисовского праздника, называвшегося Anqesthria; это был месяц, в котором природа на юге пробуждается от зимнего сна; кроме того, молодое вино, приготовленное осенью, заканчивало к этому времени свое брожение и становилось годным к употреблению. То и другое, т. е. пробуждение природы и окончание брожения вина, составляло предмет праздника Анфестерий. Он продолжался три дня (с 11 по 13 число), из коих каждый имел особое название. Первый день назывался h piqoigia (от piqoV и oignumi), — день открытия бочек и пробы нового вина. Каждый домохозяин приносил богу жертву, при которой совершал возлияние свежим напитком, и все домочадцы, не исключая и рабов, предавались праздничному веселью и удовольствиям. Первыми весенними цветами украшались сосуды и дети как распускающиеся цветки человеческого рода. В этот день в Афинах был рынок игрушек, которые покупали и дарили детям. В праздник Анфестерий принято было платить гонорар за обучение софистам и другим учителям, которые за это в день coeV приглашали к себе в гости своих учеников. — Второй день coeV (кружки) также был посвящен праздничным удовольствиям. Веселые компании, в которых участвовали переряженные, представлявшие сатиров, нимф и пр., ходили по городу и заходили к знакомым, где составлялись пирушки и даже состязания: кто скорее выпивал свой кубок вина, получал

 

137

 

в награду плющевый венок и мех вина. При этом не забывали также и умерших родственников: ходили к ним на могилы и совершали возлияния вином. По-видимому, первоначально этот день был посвящен, главным образом, поминовению усопших и имел целью умилостивить силы подземного мира, владычеству которых при наступлении весны приходил конец. Поэтому-то этот день вместе со следующим принадлежал к числу hmerai apofradeV или miarai и храмы богов в эти дни были закрыты (Дем. Пр. Неэры, 76); однако впоследствии такое значение этих дней вполне уступило место веселью и наслаждению. От имени государства в день coeV совершалась таинственная церемония в древнем храме Диониса в Ленее, открывавшемся только в этот день. Главную роль в этой церемонии играла basilissa или basilinna, супруга архонта-царя, которая должна была быть родовитой гражданкой и выйти замуж девицей. При совершении церемонии ей помогали четырнадцать gerarai, избранные архонтом-царем из наиболее уважаемых гражданок. «Царица» в присутствии священноглашатая (ierokhrux) брала с них торжественную клятву в том, что они удовлетворяют условиям, требующимся для участия в церемонии, и будут соблюдать строгую тайну. Gerarai совершали священные обряды на 14 алтарях, а затем «царица» отправлялась в так называемое boukoleion вблизи пританея (Арист. Аф. пол. 3) и там будто бы сочеталась браком с Дионисом. Древний закон об этом обряде, вырезанный на камне, еще во времена Демосфена стоял в святилище Диониса подле жертвенника. Впрочем, подробности обряда неизвестны, а значение его объясняется различно; проще и естественнее всего принять, что «царица», как представительница страны, соединялась брачными узами с богом возрождающейся весною растительности в знак того, что страна вполне предана его служению и надеется на его защиту и помощь; или, быть может, эта церемония совершалась в воспоминание брака Диониса с Ариадною.

Третий день Анфестерий назывался cutroi (горшки) оттого, что тогда приносили подземному Гермесу в жертву за души усопших горшки с вареными плодами всякого рода (panspermia), которых сами жертвователи не могли пробовать, как при всех вообще жертвах подземным богам; ни одному из Олимпийских богов в этот день не приносили жертвы. Вообще видно, что три дня Анфестерий были богаты различными религиозными обрядами, подробности которых, однако, мало нам известны.

23-го числа того же месяца был праздник Diasia в честь Зевса Милостивого (MeilicioV). Название «Милостивый» было только ев-

 

138

 

фемистическим, на самом же деле Зевс почитался при этом празднике как грозный и суровый бог, для отвращения гнева которого приносились в этот день умилостивительные жертвы всесожжения (Ксен. Анаб. VII, 8, 5). Фукидид, рассказывая о заговоре Килона, говорит, что Диасии были в Афинах величайшим праздником, при котором весь народ совершал жертвоприношения за городом, причем многие жертвовали не животных, а местные жертвенные предметы *. По объяснению схолиаста, эти qumata epicwria состояли из печений в форме различных животных (pemmata tina eV zwwn morfaV teupwmena). Дело объясняется тем, что для умилостивления грозного божества всякий считал долгом совершить жертвоприношение, а между тем бедные люди не могли или жалели жертвовать животных для сожжения целиком на алтаре и поэтому заменяли их печениями в форме животных на основании известного принципа древних: in sacris simulata pro veris accipiuntur. Так как жертвы целиком сжигались в честь богов, то Лукиан в "Тимоне" (§ 7) имел полное право вложить в уста Гермеса слова, что боги роскошно праздновали Диасии у богатого Тимона; напротив, для людей праздник проходил, по замечанию Лукианова схолиаста (к Икаром. 24), с некоторым прискорбием, meta tinoV stugnothtoV. Эта stugnothV, очевидно, состояла, главным образом, в том, что людям нечем было угощаться, и, вероятно, послужила одной из причин того, что Диасии в более поздние времена вышли из употребления (Лук. Икаром. 24).

Наконец, в этом же месяце совершались малые мистерии, о которых будет сказано ниже (см. разд. V, гл. 20, § 2).

Девятый месяц Elafhboliwn был посвящен Артемиде, которой вообще у греков посвящался месяц, приходившийся около весеннего равноденствия **. У нас нет прямых указаний на существование в Аттике праздника Elafhbolia, встречающегося в других местностях Эллады, но предполагать его существование можно с большой вероятностью. Главным же праздником в этом месяце были великие Дионисии (D. ta megala, ta en astei), продолжавшиеся несколько дней. Ряд празднеств открывался 8-го числа большим праздником

__________

* Фукид. I, 126: Esti gar kai AqhnaioiV Diasia, a kaleitai DioV eorth Meiliciou megisth, exw thV polewV, en h pandhmei quousi, polloi ouc iereia, alla qumata epicwria. По мнению А. Моммзена (Feste, стр. 421), праздник совершался на северном берегу Илисса, вблизи храма Зевса Олимпийского.

** Во многих местных календарях этот месяц назывался ArtemisioV или Artemisiwn.

 

 
139

 

Асклепия (Asklhpieia), установленным в 420 г., а заканчивался около 14-го числа праздником Pandia, значение которого не вполне ясно. Великие Дионисии торжествовали полную победу весны над зимой, были праздником радости и свободы, когда отпускали на поруки узников, оставляли в покое должников и никого не арестовали, для того чтобы все могли принимать участие в веселье и удовольствиях. Первоначально празднование великих Дионисий, быть может, ограничивалось, подобно малым, торжественной процессией (pomph), в которой несли древнюю статую Диониса из Ленея в древний храм его, стоявший близ Академии, и оттуда обратно, хоровыми песнями и веселыми прогулками по городу (kwmoi); но впоследствии главною и существеннейшею частью этого праздника были театральные представления, о которых мы скажем отдельно (разд. VI, гл. 30, § 1). Праздник этот, наряду с Панафинеями, был одним из важнейших в Афинах и совершался с чрезвычайною пышностью и великолепием. В V в. до Р. X. афинские союзники являлись к этому времени в город для внесения дани, причем обязаны были по народному постановлению доставлять священные символы для ношения в процессии. Ввиду присутствия союзников афинское правительство не жалело никаких расходов, чтобы увеличить блеск торжественных дней или показать иностранцам свое богатство и изящество вкуса. Праздником заведовал первый архонт с 10 попечителями, которые, по словам Аристотеля (Аф. пол. 56), раньше избирались народом посредством хиротонии и покрывали расходы на процессии из своих средств, а в его время избирались жребием по одному из филы и получали на устройство процессий 100 мин.

По мнению А. Моммзена (Feste, стр. 449), в этом же месяце совершался в честь Матери богов праздник Galaxia, получивший название от кушанья galaxia (ячменная каша на молоке), которое варили в этот праздник. Эфебовские надписи I в. до Р. X. упоминают об обычае эфебов совершать в этот праздник особое жертвоприношение богине и посвящать ей дорогую чашу.

О праздниках Диониса: A. Boeckh в де&атт. kleine Schriften т. V, стр. 65 cл. — F. U. Fritzsche, Die Lenaeis Athen. festo conun. I et II, Rost. 1837. - O. Gilbert, Die Festzeit der attischen Dionysien, Gott. 1872. - A. Korte, Zu att. Dionysos-Festen в Rhein. Mus. т. 52 (1897). - H. von Prott, Enneakrunos, Lenaion und Dionusion en LimnaiV в Ath. Mitth. 23 (1898). - O. Band, Die att. Diasien, Beri. 1883.

 

 

   

 


Окрасочная линия, кузовная линия: автомобильный сборочный конвейер - производство, пусконаладка.
Rambler's Top100